Версия для слабовидящих

Размер не имеет значения

Интервью Игоря Гладырева ИА "Версия - Саратов"

В России любят помпезность и громкие названия. В нашем государстве могут делать торжества практически на ровном месте. Даже год у нас не может быть обычным, надо обязательно приурочить его к чему-нибудь: Год Германии, Год охраны окружающей среды... Вот и 2014-й объявлен Годом культуры. Но последовали ли за этим какие-то реальные изменения в жизни культурных организаций — большой вопрос. «Газета Наша Версия» попыталась выяснить, как живется двум театрам, не обласканным высокими начальниками и не получающим многомиллионных вливаний из федеральной казны. Один из них, «Балаганчикъ», финансируется из муниципального бюджета, а вот второй — «На грани!» — находится на грани выживания.

Игорь Гладырев, художественный руководитель театра драмы, музыки и поэзии «Балаганчикъ»:

 

— Игорь Альбертович, как давно существует ваш театр?

— В этом году мы отмечаем 25 лет с момента образования.

— Кто был инициатором его создания?

— Идея возникла у меня. Я думал: ну вот что сидеть и смотреть, как играет пианист? Можно же закрыть глаза и слушать (смеется). Мне хотелось сделать это интересным для просмотра, чтобы это можно было кому-то показывать — своеобразный синтез жанров на основе драматургии. Я начал приставать со своими мыслями к художникам, поэтам, музыкантам, актерам, пытался как-то подвигнуть их на это. Постепенно идея стала реализовываться в виде различных проектов, в том числе телевизионных. В нынешнем виде театр «Балаганчикъ» — это наши фантазии на различные литературные произведения.

— А как происходит обновление труппы?

— Есть некий круг людей, с которыми мы общаемся: танцоры, художники, актеры, вокалисты, музыканты и так далее. В этом кругу мы делимся идеями, которые хотели бы воплотить на сцене, находятся те, кому это интересно и кто соглашается поучаствовать в этом. К нам постоянно приходят люди абсолютно разного возраста.

— Как финансируется ваш театр?

— За свою историю мы существовали в самых разных формах, были как самостоятельным образованием, так и, например, при филармонии. Вот уже более десяти лет мы финансируемся муниципалитетом. Как финансируют? Извините за грубость, дареному коню в зубы не смотрят. Я никогда не жаловался, дали хоть что-то — и на том спасибо. Здорово, что это вообще кому-то интересно. Нам дали помещение — уже неплохо. Если реально смотреть на вещи, мы и сами имеем возможность и жить, и работать, поэтому я даже не хочу оценивать поддержку со стороны города. Хочешь иметь больше средств, возможностей — ну зарабатывай больше, придумывай интересные проекты. В этом нас никто не ограничивает. Я не хочу петь какие-то дифирамбы администрации, но сейчас у нас есть конструктивный диалог, там откликаются на мои предложения, поддерживают нас и морально, и финансово. До недавнего времени отношения между нами были, конечно, ужасными, наверное, одними из худших в России.

— Вы сказали, что муниципалитет выделил вам помещение для театра. А как давно это произошло?

— Я точно не помню, в 2005 или 2006 году. До этого, как и почти у всех саратовских театров, своего дома у нас не было. Мы были, пожалуй, единственными в городе, кто не соглашался с такой участью. Мы начали войну с администрацией города, начиная от публичных высказываний и заканчивая забастовкой и общественными акциями. В конце концов, нам дали помещение. Вообще, интересная история, как это произошло. Заместитель мэра Игорь Архипов позвонил мне и попросил собрать ребят на углу Челюскинцев и Вольской. Говорит, сюрприз хочет сделать. Мы пришли, он привел нас сюда, но мы не смогли даже войти, потому что тут было по пояс, извините, дерьмо: весь подвал был залит канализацией. Это было удивительно даже для Архипова. Но мы и этому порадовались и даже смогли сделать из этого тонущего корабля то, что есть сейчас. Было трудно не столько физически, сколько психологически, потому что тут было просто кошмарно. Нам сказали, что это временное помещение и нам найдут лучшее, но я сразу понял, что этого не произойдет. Я начал с того, что стал упорно называть этот подвал театром, к чему постепенно все привыкли. До этого каких только имен не удостаивалось это помещение, особенно матерных (смеется)! Нам пришлось приостановить фестивальную и гастрольную деятельность, так как все силы были брошены сюда.

— Судя по репертуару — Бродский, Шукшин, Пастернак, Зощенко, ваши спектакли рассчитаны на подготовленного зрителя. А кто в основном ходит на ваши выступления?

— Изначально мы сделали установку на то, что мы должны быть понятными для любого зрителя, используя при этом живой, народный язык. Прежде всего мы должны быть искренними. Если это мне самому интересно, то это поймут и те, кто приходят к нам, а это самые разные люди, в том числе и дети. Мы не делаем никакой разницы между ними, а стараемся сделать наши спектакли цепляющими всех.

— 2014 год объявлен в России Годом культуры. Чувствуется ли в связи с этим какая-то особенная поддержка вашего театра со стороны власти или, наоборот, какие-то требования от вас?

— Городская администрация попросила в честь этого провести какое-нибудь мероприятие. У меня настолько издевательское отношение к этим датам и праздникам День матери, Год Японии, Год культуры (улыбается). Что, до этого у нас не было культуры, а теперь случится просто культурный прорыв или она, наоборот, закончится? Какая-то непонятная для меня выдумка. Я же, к примеру, не могу быть часть суток культурным, а часть некультурным.

— В этом году, как вы сказали, вашему театру исполняется 25 лет. Если оглянуться назад и подвести какие-то промежуточные итоги, могли бы вы сказать, что уже получилось сделать и что бы еще хотелось воплотить в жизнь?

— Самое главное, что мы доказали убедительность нашего жанра. Это стало не каким-то нашим экспериментом, а понятным зрителю, критику. Если раньше мы были каким-то экзотическим блюдом, которое было мало кому известно, то сейчас мы превратились в жареную картошку (смеется). В Саратове мы единственный театр, работающий в таком жанре. Хочется, чтобы мы и дальше работали. Моя самая главная мечта — дверь и стена, на которые я мог бы прибить табличку с надписью: «Балаганчикъ», — уже реализовалась. Раньше в это никто не верил.

Илья Китов, Максим Волобоев ИА "Версия - Саратов" http://nversia.ru/rubric/view/id/7161