Версия для слабовидящих

Когда Елена превращается в Марину

Статья Светланы Микулиной о спектакле "Тебе - через сто лет"

   Елена Смирнова совсем не похожа внешне на Цветаеву. В спектакле о Марине  Цветаевой «Тебе – через сто лет» она становится ошеломительно похожей на неё. Нет никакого грима, нет никаких оптических иллюзий. Нет никакого горбоносого профиля – зато есть суть, нерв, сияние. Есть интеллектуальное и духовное навзрыд, от которого у зрителей бегут мурашки по коже.

  Елена Смирнова не только сыграла великую Марину. Актриса и безусловная прима и душа театра «Балаганчикъ» поставила этот удивительный спектакль. В час с четвертью уложить драматичную, наполненную взлётами и погружениями в пучины отчаяния жизнь гения – да мыслимо ли это?! Честно говоря, впервые узнав о таком спектакле, я усомнилась в возможности подобное сделать. Но увидев «Тебе – через сто лет», прониклась не только восхищением – глубочайшим уважением к актрисе.

  По собственному признанию Смирновой, она «заболела» Цветаевой давно и перечитала не только всю её, но и практически всё о ней. Всё, что смогла найти. Цветаевская тема собиралась и Еленой, и её коллегами, и друзьями (А «Балаганчикъ» это, бесспорно, редкий и счастливейший пример ансамблевого театра единомышленников!) по кусочкам, фрагментам, золотым искрам. Дневники, мемуары, письма, свидетельства – из всего этого вырастал в душе актрисы облик не только ПОЭТА, но и влюблённой женщины, любовницы, жены, матери.

  Спектакль о Цветаевой прослеживает судьбу поэта от маленькой девочки, начинающей ощущать свою душу царь-Птицы русской поэзии до того последнего, чёрного дня в Елабуге. Между началом и финалом звучат множество стихов и романсов. Композитор – музыкальный бог театра, он же основатель театра и его художественный руководитель Игорь Гладырев. Партию скрипки и несколько песен вдохновенно исполняет Елена Старовойт.  Гитары поют в руках Игоря Гладырева и Владимира Федотова.

  Спектакль производит впечатление какого-то сияющего дворца Поэзии и Любви. Во всех окнах этого дворца горят лампадки и свечи, и заглядывая в его окна, мы видим дочь Цветаевой Ариадну, поэта и художника Ариадну, которая провела 18 лет в лагерях. Через запись из дневника нам является личико младшей дочери Цветаевой Ирины, которая умерла в младенчестве от голода. Дворец поэзии открывает нам суровую и жестокую правду о Сергее Эфроне – офицере Белой армии, аристократе и литераторе… «Белая гвардия – путь твой высок…»

  Эфрон – огромная, небесная любовь Цветаевой – познал бои и горечь эмиграции, и возвращение на Родину – в качестве агента НКВД. И – пуля, поразившая его сердце на Лубянке в роковом 1941-м.

  Цветаева – поэт тайн и максимальной открытости одновременно. Она вся – со своими загадками и шифрами, со своим невероятным максимализмом – в своих стихах. Смирнова читает их так, что горло предательски перехватывают слёзы. «И я вошла, и я сказала: Здравствуй!» – от музыкальной композиции на стихи, посвящённые Орлеанской деве, зрительская душа умирает и возрождается. Это больше, чем театр. Это интонации, бережно взращённые в сердце и возлагаемые на алтарь Искусства. Это музыка, родившаяся из чувства любви.

  Мне представляется, что у каждого театра, у каждого актёра наверняка есть свои фирменные спектакли. Свои алмазные клинки, свои песни Сирены, свои радуги и сундучки с драгоценностями, которыми театры и лицедеи могут гордиться. Если говорить о «Балаганчике», то спектакль «Тебе – через сто лет» относится, бесспорно, к работам-сокровищам. Не только театр, но сам Саратов можно поздравить с тем, что в нашем городе родился такой спектакль.

  Я общалась со школьниками, выходящими из театра после просмотра «Тебе – через сто лет». Четырнадцати-пятнадцатилетние дети, точнее отроки, без пяти минут юноши и девушки были в восторге. Воодушевление и светлый подъём владели сердцами. Спектакль о Цветаевой открыл детям другую, не хрестоматийную, а грешную, мятежную, нежную, эпатажную Цветаеву. Ту, с какой им было интересно и волнующе познакомиться.

  В черновиках Цветаевой живёт запись: «Вчера целый день думала о том – через сто лет – и писала ему стихи. Стихи написаны – он будет». Она не ошиблась – как и подобает Поэту. Елена Смирнова стала собеседником Цветаевой и самой Цветаевой, двуедина и …многолика она стала прошлым, настоящим и будущим. Поэтому столь живым, трепетным, успешным и получился спектакль. Поэтому каждый раз на него аншлаги. Поэтому «Тебе – через сто лет» и приходит к своим зрителям неизменно прекрасным и каждый раз – чуточку другим, чем он был показан в прошлый раз… Театр – это то, что рождается в миг показа, помня о предыдущих репетициях и одновременно напрочь отрицая их. Театр – это когда прекрасная ЕЛЕНА без всякого грима становится великой МАРИНОЙ. Театр – это шёпот, дыхание, танец и музыка, это душа, преподносимая в подарок…  – вчера, сегодня, завтра.