Версия для слабовидящих

Вы будете смеяться до слез! И сквозь слезы!

Статья Светланы Микулиной о премьере "Любовь - доля горькая" по рассказам М. М. Зощенко

  Зощенко это не просто литературный стиль, скорее – афоризмы во плоти, приговоры пошлости и тупости, разгильдяйству и жадности. Зощенко это стёб, лукавство, гротеск и…сострадание. Величайшее сострадание по людям, губящим свою живую душу и зачастую даже не подозревающим, что от души остались одни… ошмётки. Что душа износилась, как ботинки, душа проета, пропита, проиграна… в соцсоревновании.

  Театр драмы, музыки и поэзии "Балаганчикъ" можно поздравить с тем, что в его репертуаре появился спектакль, в котором зощенковская сатира, зощенковские улыбки и усмешки органично, точно и деликатно положены на музыку и вплетены в пластический язык. Веселую, остроумную, но самое главное умную инсценировку пяти рассказов классика русской литературы осуществил актёр Юрий Лапшин. "Любовь-доля горькая" – его режиссёрский дебют. Правда, будучи до мозга костей актёром с ярко выраженным комедийным даром, Лапшин не отказал себе (и стало быть нам!) в удовольствии сыграть в спектакле одну из ролей. В новелле "Аристократка" он лицедействует с великолепной Еленой Смирновой. Забюрократизированный, пронафталиненный управдом, способный говорить преимущественно об унитазах и небесное создание в мехах и кольцах являют собой уморительный дуэт. Правда, с голодухи небесное создание перестаёт быть таковым и заглатывает – к ужасу подсчитывающего свои финансовые пробоины управдома пирожные едва ли не целыми, не жуя. "Аристократка" являет собой коктейль из танцев и жгучих (в стиле немого кино) взглядов, флирт на грани и за гранью стёба – это надо видеть! Зал не просто смеялся – зал умирал от хохота.

  Виктору Шкловскому принадлежит следующая мысль: "Человек живёт в великие времена, а больше всего озабочен водопроводом, канализацией и копейками". К рассказу "Аристократка" этот словесный пассаж имеет самое что ни на есть прямое отношение. Впрочем, разве только к нему?! В "Мадонне" та же сквозная тема – любовь и деньги, выгода и "чуйвства". Младой юноша Винивитькин (несомненная творческая удача молодого актёра Александра Гулина), эдакий "Скрудж в юности" придирчиво выбирает себе даму сердца. Чтобы "не за дорого было". Перед ним проходит целый сонм пленительных женских образов. Не могу не сказать "Браво" Наталье Суматохиной. Это тот самый случай, когда в актрисе счастливо сочетаются красота и интеллект, способность наделять своих героинь теми характерными чёрточками, которые делают образ живым. В миниатюрной новелле актриса сыграла три женских характера, три судьбы, трёх представительниц различных слоёв жизни. И сделала это Наташа поистине блестяще и грациозно!

  Приятно поразила зав. лит театра Ольга Лапшина. Она тоже исполнила в спектакле множество женских характеров…правда, в одном человеке. Её Анна это женщина, ищущая свой остров среди девятого вала, мягко говоря, сложной социалистической действительности. Островом, естественно, является мужчина, которого сия дама избирает. О том, каков этот мужчина, можно судить по каждой новой героине Лапшиной, потому как она неизменно отражение каждого своего избранника. Она перевоплощается под вкусы его, своего очередного мужа-возлюбленного. Лапшина, в своё время пленившая лично меня тем, как страстно и взволнованно она читала Цветаеву на особом, посвящённом Поэту спектакле, где любимыми строчками делились не только актёры, но и зрители, подтвердила моё ощущение: заведующая литературной частью театра может ярко и остроумно играть.

  Как человек, отсмотревший много спектаклей "Балаганчика" я с удовольствием встретилась в этом спектакле с несомненным комическим даром острохарактерной актрисы Василисы Одоевской. В одной она сыграла девушку, рядом с которой оказался записной мерзавец, а в другой, перевоплотившись в жену художника, сама сыграла что-то…почти из мира насекомых.

  Разумеется, этот спектакль украсили несомненный шарм пластики (хореограф Алексей Красотин) и костюмы Ольги Колесниковой. И. конечно. Повторюсь – я хочу ещё раз сказать "Браво" режиссёрскому видению. Из Зощенко можно было легко сделать пикантную клубничку или примитивную антисоветскую агитку. Режиссёр выстроил спектакль не только про "Совдепию". Он продумал динамичное и яркое действие, про Совдепию, которая укоренилась и прижилась в душах людей. Про Совдепию, которая никуда не уходит, потому как жить в дремотном, полунасекомом состоянии для кого-то удобнее и привычнее, чем ЖИТЬ.

  Санитары, приходящие за каждым персонажем этой истории, а в финале уводящие и уносящие всех, это, как мне кажется, лучшая дань памяти выдающемуся писателю и ярко выраженному антисоветчику, ненавидевшего советскую власть откровенно и без малейшего грима. И  – пострадавшего от неё – по полной. Финал спектакля заставляет задуматься, в каком дурдоме люди-из года в год позволяют себе жить. Как легко и просто засыпают летаргическим сном души. "Любовь – доля горькая" очень смешной спектакль. И столь же горький. И поэтому тоже – талантливый. Потому, как смешивать эти ингредиенты способны только думающие и чувствующие люди.

Интернет-издание «Saratovnews» 5.05.14 Режим доступа:  http://www.saratovnews.ru/print/vy-bydete-smeyatsya-do-slez-i-skvoz-slezy/