Версия для слабовидящих

Золотое дитя театра

Ирина Крайнова // "Саратовские вести", 11 февраля 2012 г.

   В театре драмы, музыки и поэзии «Балаганчикъ» – большой праздник. Юбилей его ведущей актрисы, режиссера, идейной вдохновительницы коллектива и худрука Игоря Гладырева Елены Смирновой.

Девушка с характером

 

Сквозь каждое сердце,

                сквозь каждые сети

Пробьется мое своеволье.

   ...Детски округлое личико с задорно вздернутым носи­ком, с огромными, в пол-лица, глазами-озерами, в ореоле пышных, волнами лежащих волос. Такой увидела я Ле­ночку, когда «Балаганчикъ» едва только появился на свет. Думаете, изменилась она за эти годы? Разве что еще похо­рошела. Но внешность бывает обманчивой. Нет, не кроткое это дитя, скорее, «девушка с характером». Оттого-то и сумели они с мужем Игорем отстоять театр, когда тот был на грани исчезновения. И сей­час, «аки лев» (львица), бьется Елена против чиновничьего беспредела: то без света театр держат, то зрителей в него не пропускают, то зарплату во­время не дают. Но нынче у Лены праздник, и мы поговорим о ее бессчетных талантах. Театр сей поэтический, мастерство художественного чтения здесь на первом месте. Лена выходит на сцену в «домино» Коломби­ны, меняет костюмы и «маски» и читает, читает: «Но клянусь вам, рыцарь,//Женихом и жизнью, что в моей отчизне...».

   Были у них спектакли, посвященные многим, сейчас идет, посвященный Цветаевой. И так, что «горло ком сжимает, актриса с залом говорит». Легко себе представить, какой убедительной она была в драме Горького (дипломный спектакль у Риммы Беляковой) или в «Человеческом голосе» Кокто, который сама подготовила в студенческие годы. По отзыву Риммы Ивановны, Леночка играла эти роли блистательно, куда лучше столичных артисток.

«Мадамов» вереница

Да здравствует пена –

веселая пена – Высокая пена морская!

   Для актрисы Смирновой «чужих» амплуа не бывает. Из светской дамы, «шарман» и «комильфо», может мгновенно в такую «мегеру» превратиться, только держись! Прима театра играет в спектакле «Невидимые миру слезы» «мадамов вереницу»: три сцены – три разных женских характера. Вершиной искусства метаморфоз становится сценка в ночной квартире, где, закатив грандиозный семейный скандал, «страхолюдина жена» моментально скидывает салоп и становится милой, обворожительной хозяйкой дома. Это еще и невероятно смешно. Безупречный по форме, спектакль по раннему Чехову играется в «Балаганчике» на старинный лад – с немыми сценами, эффектными выходами актеров из-за задернутого занавеса, переменой действующих лиц. Точно бенефис чеховских времен. Получился он, как должно: очень смешным («Чехонте» же!) и немного грустным (Чехов все же). Режиссером тут удачно выступает Лена – в сотворчестве с однокурсницей, актрисой театра Ириной Коротковой.

   Поставила Смирнова прозу –  и взялась за философскую поэзию. Театр-то литературный, вкус у Елены – безупречный. Хотя, как она признавалась, мимо «Пьяного ангела» (по стихотворной пьесе петербуржца Виктора Сосноры) могла бы и пройти, если б не эрудиция Игоря Гладырева. Славный гитарист и композитор, Игорь написал выразительную музыку к спектаклю, талантливые постановщики Елена Смирнова вместе с Алексеем Красотиным (хореограф) нашли адекватное ей пластическое решение. Некая ироничная отстраненность, вообще присущая «Балаганчику, чувствуется  и в этом спектакле. Горечь и недоверие к жизни – в резких движениях, мощь и внезапная слабость – в статичных позах. Здесь играют два разных состава, и получилось два разных прочтения. А Лена в спектакле еще и танцует, создавая экспрессивный и изящный образ «третьей силы».

 

Голубка

Коломбина

Кто создан из камня,

кто создан из глины,— А я серебрюсь и сверкаю!

 

   Танцует же Лена божественно – легко, всем своим невесомым телом перетекая в шаг, в поворот, в жест. В детстве хотела стать балериной, родители вовремя не привели за ручку», потом поздно было профессионально учиться. И вот сейчас, к юбилею, решила попробовать. Великий танцовщик Морис Бежар учит нас, что никогда ничего не поздно. И Лена танцует порывисто-нервный модерн в новых постановках «Балаганчика». На         собственном бенефисе исполнила сложную драматическую композицию, поставленную Красотиным специально для нее. А ей – подарок-посвящение: изысканный танец маэстро, заканчивающийся у ее ног.

   Как же дивно ведет она народные праздники, или, точнее, спектакли (есть в театре цикл для детей «От Рождества до Пасхи»)! «Не знаю, кто все же больше Лена Смирнова – чудесная актриса или замечательная рассказчица, – писала я когда-то. – О празднествах повествует нараспев, со старинными присловьями, как говаривала, наверное, еще ее прабабушка. Ни дать ни взять готовый моноспектакль». И все же для меня многослойный образ Леночки прежде всего ассоциируется с итальянским «домино» дель арте. Коломбина (итал. – голубка) сначала была в средневековом театре служанкой, весёлой и предприимчивой. Как пишут источники, в связи с аристократизацией комедии образ Коломбины утратил народные черты и превратился в остроумную, изящную субретку. Субретка же «жизнелюбива, весела, полна энергии, свободна, смела, остра на язык, склонна ко всяческим проделкам, розыгрышам, обманам, которые, как она полагает, могут пойти на пользу ее госпоже или ей самой». Но – утонченна, порой царственна, как Сюзанна в «Женитьбе Фигаро». Именно ей посвящены поэтические строки: «Коломбина смеялась беспечно, // Но глаза ее были грустны». Это о Коломбине или о Лене? Или о двух сразу? Аристократичная Коломбина – точно про нее... Изменчивая, «как дети, в каждой мине», искрящаяся талантом и энергией… А это она о своей героине, а словно и о себе: «Грянул, загудел, зажужжал бубен, и вспыхнула эта пламенная пляска, опьяняющая, точно старое, крепкое, темное вино; завертелась Нунча, извиваясь, как змея, глубоко понимала она этот танец страсти, и велико было наслаждение видеть, как живет, играет ее прекрасное, непобедимое тело». На бенефисе случилась маленькая премьера. Елена вместе со своей ученицей показала сказку Горького о красавице Нунче. Она вполне может стать отдельным спектаклем. Эта женщина и актриса, в принципе, самодостаточна. А с волшебной музыкой Гладырева, да в хореографии Красотина – недостижимо и непостижимо прекрасна. И на сцене может абсолютно всё. Но она и отличный друг, партнер по сцене, а ее с Игорем театр – маленький коллектив единомышленников, просвещенных и одаренных. И это еще не все: у Лены невероятно много учеников.

   Бенефис состоял из моно-концерта (спектакля?) – и выступлений ее учеников из Калининска, Саратовского городского дворца творчества юных, Всероссийского общества слепых. Тоже грань таланта актрисы – умение учить, и учить очень хорошо (драматический коллектив Смирновой стал лауреатом Всероссийского фестиваля). Теплые слова учеников, их родителей, коллег – вместо выступлений лиц официальных, с их громкими и пустыми речами. Да об этом можно только мечтать! Какая нам разница, удостоена ли Смирнова титулов и званий, которые чиновники выдают строго по разнарядке (в основном, себе). Она давно уже в Первом ряду. Играй же и сверкай, Золотое дитя театра!

   Ирина Крайнова // «Саратовские вести», 11 февраля 2012 г.