Версия для слабовидящих

Балаганчик мечты

Этот маленький театр живет в Саратове уже не одно десятилетие, но так случилось, что автор этих строк открыла его лично для себя совсем недавно. Открыла и очаровалась, и захотела поделиться впечатлением чуда с вами, уважаемый читатель. «Балаганчик» — театр маленький только по числу штатных актеров. Ну а в плане своей духовной наполненности, по выстраиванию этических  и эстетических ценностей и, наконец, по количеству наград и лауреатств, взятых им за эти годы, это как раз большой и многогранный коллектив.

Об Иисусе Христе рассказали феи

На протяжении нескольких месяцев я отсматривала в подвальчике на Кутякова удивительно разные работы, объединенные, на мой взгляд, двумя моментами — способностью великолепно удерживать внимание зрителя и особенной, гербовой печатью собственного стиля или, если угодно, маркировкой хорошего вкуса и искренности чувств.

 

Театр музыки, драмы и поэзии, которым является «Балаганчик», транслирует в мир ощущение любви. Помните в «Евангелии»: «Если не будете как дети — не войдете в царство небесное». Так вот, этот миниатюрный, даже не камерный, сверхкамерный театр отважно возводит на своих спектаклях мир гармонии. Мир, не побоюсь торжественной фразы, царства небесного на земле. На спектакль «Рождественская мистерия» я не без робости пришла с четырехлетним сынишкой и внутренне паниковала: выдержит ли, ведь малышу предстояло услышать и увидеть историю Иисуса Христа. Не слишком ли мал ребенок для столь философского и масштабного сюжета? Зал оказался полон таких же, как мой Сашка, детей. И полтора часа вся эта вертлявая и говорливая малышня под изумленно-счастливыми взглядами нас, их родителей, просидела, не шелохнувшись — словно зачарованная. Потому что в двух шагах от всех нас разворачивалось фантастическое по красоте зрелище. Феи, гномы и разного рода волшебные существа в ярких, «фейских» одеждах, устроившись под наряженной елочкой, повествовали святочные истории. Была среди них и история Сына Божьего, и байки про колядование в старой России, и песни, которые звучали раньше, и остроумные, забавные стихи Саши Черного, органично вписавшиеся в эту феерию.

 

Есть такое слово интерактив, предполагающее игру со зрителем, вовлечение его в действо. Никогда не была поклонницей такого рода вещей, а тут с изумлением открыла: это прелесть что такое! Маленькие дети искали вместе с артистами магические предметы, замирая от чувства важности происходящего, сжимали в ручонках крошечные свечечки — символы Рождества, подпевали актерам, и все это вместе порождало столь пленительную ауру добра, что взрослые смеялись столь же заразительно, как их дети. А малыши тотчас притихали, задумавшись над увиденным, совсем как взрослые.

 

Феномен этого маленького театра в том, что здесь не ставят спектакли на детей или взрослых. Здесь разворачивается действие, захватывающее людей, независимо от того, сколько им лет — восемь или восемьдесят. Феномен здешнего пространства в том, что музыка, гитара — органичная часть почти всех спектаклей. Создатель театра, его композитор и исполнитель песен Игорь Гладырев не просто расцвечивает спектакли ее величеством музыкой. Вокал и переборы гитар усиливают, укрупняют, возвышают драматургическую речь до состояния ворожбы и таинственных рун, а прямое попадание в зрительское сердце умножается благодаря музыке во много крат.

 

Театр и для Игоря, и для его коллег не храм и не кафедра, не место, где следует чему-то учить или тем более поучать. Полагаю, для всех, кто обустраивает этот уютный и хрупкий мир, театр есть пространство, куда они приносят опыт собственной любви и нежности, радости и потерь, веры в лучшее и светлой надежды, что детство никогда не заканчивается. Люди, выходящие здесь на сцену, не просто коллеги, друзья и единомышленники. Это своего рода маленький клан творческих натур, стремящихся познать, поймать, а потом удержать и транслировать для зрителя суть, сердцевину, душу жизни. И именно поэтому здесь никогда не будут ставить то, что модно у всех, то, что продвинуто, то, что принято или положено. Если даже весь театральный мир сошел с ума от братьев Пресняковых или ирландского гения, мрачного эпатажного Макдонаха, в «Балаганчике» будут бережно готовить почву для своих спектаклей и своего зрителя. Здесь есть пронзительный спектакль про Цветаеву (режиссер и исполнительница главной роли Елена Смирнова), потому что для режиссера важна и дорога эта фантастическая женщина, в душе которой теснилось множество поэтов. Здесь есть спектакль про Есенина — тонкий и емкий разговор о поэте, спектакль, на котором я наблюдала замерших от восторга одиннадцатиклассников из престижного лицея.

 

Спектакли, которые могут увидеть и слепые

 

Когда между актерами и зрительным залом фактически нет расстояния, когда протяни руку — и можно дотронуться до столика, за которым сидит «Есенин», уровень актерской игры должен быть не просто хорош — безупречен.

 

Личность поэта многогранна. Я интересовалась у актеров, не было ли у них искушения раскрасить спектакль историей любви, танцем босоногой красавицы, изображающей супругу «последнего поэта деревни» знаменитую Айседору Дункан. В ответ увидела улыбки и услышала добродушное: было, конечно. Прикидывали, фантазировали, загадывали, но решили остановиться на чисто мужском, аскетичном решении спектакля.

 

И — как показывает реакция зрителя — не прогадали. Элегантный Михаил Музалевский (между прочим, директор театра! Много ли вы видели играющих директоров?) выступает в роли рассказчика, а три Игоря — лирический и одновременно сдержанный Гладырев, неистово-искрометный Абрамович и молчаливо-харизматичный Куприянов с гитарами в руках говорили о великом поэте на языке музыки.

 

Спектакль о Есенине, на мой взгляд, это действо, в котором реализует и преумножает себя всепокоряющая энергия исполнителей. Энергетический градус спектакля растет по мере его приближения к финалу. При этом, рассказывая о поэте со скандальной кабацкой славой, с извечной русской болезнью под названием алкоголизм, актеры избежали даже тени клубнички и пошлости. Не впали они, по счастью, и в другую крайность — сотворения ангела, кумира. Они просто поднялись до явления ПОЭТА. Да, Есенин сначала поэт и только потом «московский озорной гуляка». Игорь Абрамович — феерически темпераментный, с ироничностью и хулиганистостью, живущей и в пластике, и в особенности взгляда, исполнил одну из песен на стихи Есенина так, что школьники начали бисировать. Продумали в этом спектакле и свои маленькие «фенечки». Прямо перед первым рядом Абрамович едва не растянулся на глазах «племени младого, незнакомого». Шестнадцатилетние уже изготовились фыркнуть, загоготать: мол, актер — и растянулся. Но… не тут-то было. В противовес мнимому падению зазвучала песня:

 

— Это к завтра все заживет…

 

И те, кто хотели засмеяться, были готовы засмеяться, потрясенно умолкли. Урок сострадания и милосердия состоялся.

 

Когда беседовала с актерами, то выяснила, что они считают жизненно важным для себя выступать не только перед благополучными, домашними детьми, но и перед теми, кто волей судьбы оказался обделен от самого рождения. Да, свои тонкие, ажурные спектакли «Балаганчик» показывал и детям из коррекционного интерната, и слепым от рождения. Даже звучит горько-парадоксально: показывали для слепых! А между тем, по свидетельству актеров, у них было четкое ощущение, что их ВИДЯТ. Что на них смотрят. Только по-другому, чем зрячие. Быть может, даже более пристально и внимательно. На спектаклях словно всходило иное солнце — сверхчувствительности и понимания. «Все вижу, ибо я слепа», — так сказано о слепоте у Цветаевой.

 

Смех и слезы Антоши Чехонте

 

В России часто разворачиваются беседы о том, что есть в нашей жизни подлинная интеллигентность. Некоторое время назад я прочитала редкое по глубине интервью с режиссером Алексеем Германом, сыном знаменитого писателя. Так вот, режиссер высказался почти афористически: задача интеллигенции просто БЫТЬ.

 

В сущности, это точно и честно. Интеллигент есть тот, кто транслирует в мир свою правду, не желая ничего декларировать, — просто суммой своих поступков. В этом смысле «Балаганчик» идеально интеллигентный театр. Потому что для того, чтобы ставить и сочинять спектакли, отшелушенные от пошлости и неказистости новояза, от пресловутой социалки и узнаваемости современной грязи и скверны, необходимо мужество.

 

«Балаганчик» ориентируется не на сиюминутное, лживо-актуальное, поверхностно-модное, а на вечное — тем и интересен. По свидетельству Гладырева, их театр давно стал местом, куда со своей идеей могут прийти самые разные люди, и она может реализоваться, если западет в душу. Здесь даже музыку иногда пишут… коллективно. Как-то Анатолий Катц устал допытываться, кто написал понравившуюся ему мелодию. «Да все — по ноте», — с серьезным лицом отозвался Игорь. Катц не поверил. А между тем в пространстве, где вдохновенно создаются музыкальные фантазии на стихи Блока и Пушкина, Мандельштама и Бродского, возможно и не такое.

 

В период, когда весь мир празднует стопятидесятилетие автора культовой «Чайки» и «Трех сестер», театр музыки, драмы и поэзии тоже обратился к великому драматургу. Но не Чехова поставил, а его искрометную, озорную, смешливую предтечу под именем Антоша Чехонте. «Невидимые миру слезы» — спектакль, вдохновенно и умно сочиненный режиссером Еленой Смирновой из маленьких новелл раннего Чехова, сконструирован таким образом, что зритель оказывается почти внутри сценических событий.

 

«Невидимые миру слезы» — это уморительно смешно. И столь же убийственно печально. Ведь Чехов, как истинно великий мастер, как Шекспир и Мольер, обладал талантом смешивать смех и слезы в сбивающие с ног коктейли. Важный момент: очень часто, приходя в театр на классику, зритель попадает в ловушку. Режиссер и актеры разворачивают перед ним не Шекспира или Островского, а свои – часто закомплексованные, худосочные, пропитанные экивоками, намеками и ужимками представления о гении. То есть несчастный зритель вынужден смотреть не Чехова, а то, что думает (или злословит на темы Чехова) какой-нибудь режиссер. Так вот, «Невидимые миру слезы» — не перепевы, дешифровка или расшифровка Чехова, это он сам — тончайший стилист, равно не приемлющий пошлость в людях и словах и подмечавший, диагностировавший ее даже в малых пропорциях с педантизмом врача. Докторство, в сущности, никогда и не уходило из его тестов. Чехова, видимо, уже давно пора прописывать — хотя бы в виде нескольких страничек на ночь в качестве профилактики от новых интонаций и сленга в современном языке.

 

«Невидимые миру слезы» — спектакль-праздник, где актеры купаются в стихии роскошной игры, где уютный увалень (Михаил Юдин) словно только что извлечен из старой российской провинции, а его сумасбродная, деспотичная жена, эдакая уездная красавица и фурия в одном лице (Ирина Короткова) не просто играет — сыплет всамделишными эмоциями, и гнев, кураж, ярость стелются за ней по сцене, совсем как шлейф ее красивого платья.

 

Грех не перечислить многих украсивших этот спектакль — это и Владимир Смирнов (актер, который, на мой взгляд, будет одинаково убедителен в ролях лорда и пьяницы), Елена Смирнова, достоверная и в смешном, и в драматичном, и Наталья Суматохина (чья внешняя привлекательность счастливо сочетается с умением играть), и Михаил Музалевский, человек, играющий умно и увлекательно одновременно, и, наконец, Игорь Абрамович, похожий в этом спектакле на эдакого уездного кота — мудрого, пройдошистого и битого-перебитого как женой, так и жизнью.

 

«Когда я думаю о сегодняшнем времени, не могу не удивляться: какие же мы сейчас разные, — сказал в беседе со мной Михаил Музалевский, — иногда не понятно, где искать точки соприкосновения даже у представителей одного поколения. Между людьми-сверстниками, представителями одной профессии словно бездна пролегает...»

 

Да, так оно и есть. Сегодняшняя жизнь развела, разбила, расслоила и рассредоточила многих. Но самоидентифицируются как личности по-прежнему старомодными способами — открывая книгу или приходя в театр. «Балаганчик» — из тех редких и благородных пространств, где хорошо и увлекательно, интересно и завораживающе представителям разных поколений, профессий, социальных уровней. «Балаганчик» — театр, сохранивший себя, несмотря на многолетнее кочевание, долгие годы полубездомности и проблем.

 

Светлана МИКУЛИНА

 

МК в Саратове, №9 (652) 24.02-3.03.10 г.