Версия для слабовидящих

«Заметает медленно Саратов...»

Статья Ирины Крайновой о спектакле "Стихотвор", "САРЫТАУН.АРТ", 17.12.2015 г.

В театре драмы, музыки и поэзии «Балаганчикъ» – премьера пьесы-фантазии «Стихотвор» по стихам Андрея Сокульского.

В названии – перекличка с одним из сборников поэта «Князь Стихотвор». Сокульский (Руфанов) – известный поэт, общественный деятель, автор семи стихотворных сборников. Родился в Ленинграде (Петербурге). Как пишет сам, великолепно владеющий не только поэтическим пером Андрей, «… детство и отрочество по обычному советскому сценарию, кроме, пожалуй, незабываемых трех лет учебы в физматшколе и ранней тяги к самостоятельности и путешествиям. С 1987 года – в коммерции и бизнесе. Стихи начал наговаривать лет в 6-7, записывать – в 14-15, а первый более-менее полнокровный сборник напечатался в 37».

Выпускник 13-й школы, Сокульский из нашей интеллектуальной элиты, стихи у него сложные, философские. О себе, о женщине, о стране, о мире, о Вселенной? Трудно сказать. Обо всем и ни о чем таком, что можно было бы назвать «лирической темой поэта». Он просто другой. Недаром его верлибры усложненной графической формы появляются в публикациях под грифом «другие». Они иные, эти горделивые поэты, для которых физика и математика всегда были выше гуманитарных наук.

Снег Сокульского – синоним молчания. А стих – это снег, пишущий «простыми легкими словами между строк, белилами зимы, пробелами из пауз, бесчинством междометий…».

Его ритмическому пируэту мог бы позавидовать сам Велимир Хлебников:

снег — стих

 сти — сне — ние

 т   и   н    е

н   и   т   и

т   и   н   и

н   и   т   е

и   е   и   е

еи   е   и

и   и   и   и

е   е   е   е

Перед автором идеи постановки Дианой Махмутовой, режиссером Еленой Смирновой (ее же инсценировка) и режиссером по пластике Елизаветой Симагиной стояла сложнейшая задача: вдуть огонь театральной эмоции в холодноватое рацио автора. Казалось бы, сначала мои опасения подтверждались. Андрей сказал кому-то в зале: «Это не мой театр, не знаю, что у них получится».

А получилось лаконично, ритмично, строго, без полутонов и оттенков, в которых не слишком любит копаться муза Сокульского.

 «Если рыцарь белый, то он – белый. Не зелёный, не красный, не другой... Конечно, есть оттенки, интонации…»

Выразительно, потому что еще и пластично. Покровы в руках бегущих по сцене цветны и прозрачны, они вьются, стелются, окутывают и – накрывают пеленой забвения эту Женщину, и эту… Здесь две Любимые, два Поэта (их разнополюсно воплощают скрыто насмешливый Владимир Смирнов и открыто смешной Михаил Юдин). И только черный кот, победно устроившийся с поэтом на диване, один. Как и Бабушка – фея ускользающей безоблачности бытия (Ирина Короткова). Студийцы Лены Смирновой эту стройную стремительную песнь не испортили, сумев вписаться в нее логично. На высоте и работа звукорежиссера (Егор Гладырев).

Спектакль застроен как бы отдельными стихотворными новеллами, в которых есть доминанта – голос самого поэта, чеканящего стихи с завидной убедительностью. «Заметает медленно Саратов»… И есть песня Игоря Гладырева на слова Сокульского, тот хрупкий эмоциональный мостик, который окончательно соединяет слово и образ. Нет, «не бывает жизнь задаром» – и тут же, словно стесняясь собственной душевной открытости: «Вы банальности проверьте». Уж кто-кто, а поэт знает, что «произвольно выпущенное слово дает начало камнепаду». И не так уж хладна эта лира, а не маска ли тут надета, маска делового человека? Ведь у нас всегда, как водится,

« не придуманно холодно

и от незаделанных отверстий – вечные сквозняки

в домиках души и гаражах…».

И даже сейчас, когда я пишу эти строки, «заметает медленно Саратов», а МЧС обещает серьезную метель. И маленькие пророчества сбываются, если поэт настоящий.

 

*http://irin-krainov1.livejournal.com/